В поисках нового броневика. Почему в ВСУ так и не избавились от колесного "зоопарка"
![](https://www.dsnews.ua/static/storage/thumbs/414x290/7/19/9658d5db-16dc1910c62d4105b221bf9e66ecd197.jpg?v=0990_1)
Причем интересно, что, по сути, это является таким себе отражением конкуренции на рынке. В то же время военные, собственно, для нужд которых и покупаются новые машины, или хранят гробовое молчание, или, что называется, "голосуют гривней". Но обо всем по порядку.
На момент начала войны на Донбассе единственным бронеавтомобилем на вооружении ВСУ были устаревшие морально и физически БРДМ-2. Понятно, что реалии современной войны потребовали срочного наполнения армейских частей бронетехникой. Тогда было нужно быстро и достаточно много. И практически сразу оказалось, что производителя, который может это сделать, в стране нет.
Поэтому начались метания. Так, уже осенью 2014 г. относительно много было куплено машин от КрАЗа. Однако от кременчугцев был только шильдик - по сути, это была отверточная сборка неких поделок от канадской фирмы Streit Group на базе коммерческих шасси. Армией, НГУ и пограничниками было куплено сразу несколько моделей. Это были, например, "Спартан" на базе Ford 550, "Кугуар" - пикапа Toyota Land Cruiser.
Однако эти машины оказались вообще непригодными к войне - из-за коммерческого шасси у них были крайне ограниченные возможности для установки брони, ненадежные узлы и агрегаты, слабые внедорожные качества.
Да и цена на выходе тоже оказалась "небожеская" - около 5,5 млн грн за единицу (при курсе доллара в 18). Естественно, что от их закупок достаточно быстро отказались. Ныне отдельные экземпляры "доживают свой век" у пограничников, в полку "Азов" (причем тут они кардинально доработаны волонтерами) и нескольких других подразделениях.
Таким образом, потребности военных были не удовлетворены, а рынок просто огромный, и поэтому в этот сегмент буквально хлынули разные производители. Причем каждый из них избрал, что называется, свой путь.
Так, киевская "Практика" с ходу взяла курс на использование западных комплектующих и стали западного производства (благо у предприятия уже были налаженные связи - до войны оно выпускало банковские броневики).
За короткое время появились сразу несколько достаточно удачных броневиков, самым востребованным из которых оказался "Козак-2" на базе полноприводного грузовика Iveco EuroCargo 4x4. Именно эта машина, как и ее более современная модификация "Козак-2М1", прошла весь непростой путь государственных испытаний и ныне массово закупается армией. Так, только на этот год запланировано купить 140 единиц.
Стоит сказать, что формально государственные испытания прошли и еще два образца - "Барс-8" от "Богдан Моторс" и "Дозор-Б" от Львовского бронетанкового завода. При этом последний был разработан по требованиям на Харьковском КБ еще в 2010-х годах и быстренько прошел все испытания, лишь бы была возможность запустить лицензионное производство в Польше.
С началом войны попытались запустить серийное производство "Дозоров", однако в итоге армия получила 10 машин, которые до сих пор проходят опытную эксплуатацию в войсках. Несмотря на хорошие отзывы от военных, следует признать, что возможностей производить броневик в Украине просто нет.
Кстати, именно поэтому в какой-то момент на полном серьезе даже рассматривался вариант закупки польского варианта "Дозора" - Oncilla. Чем закончились испытания в Украине неизвестно, но, по крайней мере, в госзаказе их закупки не прописаны.
Фактически производитель отказался от продвижения в армию "Барс-8". На сегодня на его базе массово создаются только специальные варианты. Из относительно свежих разработок - это мобильный минометный комплекс со 120-мм минометом "Барс-8 UKR-MMС" и машина артиллерийской разведки "Барс-8АР". Есть также санитарно-эвакуационный автомобиль и машина радиоэлектронной борьбы (с комплексами РЭБ "Джеб" и "Анклав").
И наконец, по другому пути пошла никому не известная фирма "Украинская бронетехника". Очень технично обойдя этап государственных испытаний, она смогла продать армии несколько десятков бронемашин "Варта-2" на базе лесовоза МАЗ. Машины попали не только в НГУ, МВД, но даже в морскую пехоту. О ее боевой ценности без оценки испытателей из Государственного научно-исследовательского института испытаний и сертификации вооружения и военной техники говорить достаточно сложно.
Ныне таким же путем "УБ" продвигает и бронеавтомобиль "Варта-Новатор", созданный снова-таки на базе гражданского шасси Ford F-550. Машина позиционируется как легкая многоцелевая и разработанная специально под технические условия НГУ.
Таким образом, можно говорить, что, несмотря на богатство выбора, на шестой год войны реально обеспечить армию броневиками, кроме уже упоминавшейся "Практики", фактически и некому.
Можно долго и нудно рассуждать о том, что "Козаки" созданы c закосом под американские MRAP и предназначены для войны совсем другого типа, или указывать на слабую проходимость машины в условиях донбасских степей (о чем, кстати, я лично вообще не встречал нареканий от военных), но реальность ныне именно такова.
Развернуть с нуля производство "Дозора-Б"? Но на каких мощностях и главное - кто этим займется (машина, по сути, неинтересна никому из серьезных производителей). Да и, судя по последнему скандалу с корпусами для БТР-4, это совсем не просто и в наших условиях вообще малореально.
Начать закупки за рубежом? Тут все упирается в цену вопроса и обслуживание. Яркий пример - закупка британских "Саксонов" в 2014 г. Сколько их осталось в войсках из-за того, что банально нет запасных частей и комплектующих? Поверьте - очень и очень немного.
В идеале армии нужны несколько типов бронеавтомобилей - под разные задачи, но максимально унифицированные по таким основным показателям, как двигатель и коробка передач. Ведь сейчас в строевых частях на фронте есть как минимум три различных типа бронеавтомобиля - "Козак-2", "Варта-2" и "Дозор-Б" - с разными двигателями, подвеской и прочими нюансами в обслуживании и обеспечении.
В целом с большим сожалением можно констатировать, что ныне фактически не существует цельной концепции насыщении армии бронеавтомобилями класса 4х4. И на этом фоне происходит целый ряд процессов, которые явно не идут на пользу ни производителям, ни армейцам.