В мире об экономике. Разбитые мечты Давоса, термоядерный синтез для бизнеса, ИИ для богатых
Пять тем, которые мы не могли пропустить
![Всемирный экономический форум в Давосе, концепт термоядерного синтеза, работа с искусственным интеллектом](https://www.dsnews.ua/static/storage/thumbs/414x290/c/ff/607973b2-cec87eb44147547628adee756019effc.jpg?v=7501_1)
У каждой страны своя информационная атмосфера. И в местных новостных лентах неизбежно теряются события, идеи, лайфхаки со всего мира, которые могли бы заинтересовать читателей делового СМИ. Мы снова выбрали несколько зарубежных публикаций последних дней и приводим их в пересказах на одной странице — самую суть.
Крупнейшим представительным событием с начала года стал Всемирный экономический форум (ВЭФ), который прошел на этой неделе в швейцарском Давосе. Многочисленные геополитические заявления в целом и месседжи об Украине в частности, широко освещались в СМИ. Среди других топ-тем форума было развитие искусственного интеллекта (ИИ) и его влияние на бизнес и общество. Эта тема также не прошла мимо украинских новостных лент, цитировалось заявление CEO OpenAI Сэма Альтмана о том, что в будущем ИИ будет потреблять гораздо больше энергии, а потому в ее производстве нужно совершить прорыв. "Это мотивирует нас больше инвестировать в "термоядерный синтез ", — раскрыл Альтман свое видение способа, которым человечество могло бы удовлетворить возрастающие потребности в энергии.
Планы, а точнее мечты поставить термоядерный синтез на службу обществу беспокоят умы ученых и производственников не одно поколение. Известный афоризм гласит, что до термоядерного синтеза всегда остается 30 лет… Но сейчас международные лаборатории и многочисленные стартапы пытаются найти способ эффективно использовать процесс, заставляющий сиять звезды.
Термоядерный синтез: рынок растет, а перспективы туманны
Климатические изменения и рост цен на энергоносители, а теперь еще и потребности ИИ делают термоядерный синтез актуальнее, чем когда-либо. Однако каковы его перспективы как технологии и бизнеса? Соответствующий анализ недавно провела компания UnivDatos. На данный момент она оценивает рынок термоядерного синтеза в $1 млрд, ожидается, что он будет расти темпом 6% в год до 2040-го.
Решающую роль на этом рынке играет государственно-частное партнерство, потому что нужно совместить капиталоемкие фундаментальные исследования с потенциальной коммерциализацией технологии. Здесь сотрудничают страны и организации, находящиеся на передовой инноваций. Это такие проекты как ITER (Международный термоядерный экспериментальный реактор), совместное предприятие с участием 35 стран, а также частные компании, такие как Tokamak Energy, TAE Technologies и General Fusion. Все они участвуют в гонке по поиску коммерчески жизнеспособной технологии ядерного синтеза.
"Компактные термоядерные реакторы, высокотемпературные сверхпроводники, конструкции стеллараторов и передовые методы моделирования развивают эту многообещающую сферу… Поскольку исследования продолжаются, а инвестиции увеличиваются, будущее ядерного синтеза выглядит ярче, чем когда-либо", — говорят в UnivDatos, хотя и не спешат с ответом на основной вопрос: когда технология встанет на коммерческие рельсы.
В то же время авторитетный портал Space.com менее оптимистичен и оценивает вероятность того, что в следующие 20 лет человечество достигнет устойчивой термоядерной реакции… в 10%. Из всего сказанного — вывод: возможно, Сэму Альтману придется искать другие источники энергии для развития ИИ.
Искусственный интеллект усилит разрыв в доходах
Пожалуй, ни одно технологическое новшество не вызывает такого устойчивого интереса в кругу политиков, экономистов и среди обычных граждан, как влияние искусственного интеллекта (ИИ) на производительность, занятость и доходы. Особенно — в перспективе. Давно понятно, что это влияние будет в принципе разнонаправленным: генеративный ИИ типа ChatGPT уже начал "съедать" рабочие места, хотя и при этом создавать новые. Но важно спрогнозировать также масштаб и силу изменений: именно такой анализ провел МВФ. По результатам его исследования, ИИ повлияет почти на 40% всех рабочих мест.
Если точнее, то эта технология прогнозируемо окажет влияние приблизительно на 60% рабочих мест в развитых экономиках (advanced economies), на 40% — в развивающихся странах (emerging markets) и только на 26% — в странах с низким уровнем дохода (low-income countries).
В МВФ на примере развитых стран объясняют, что в половине случаев работники могут рассчитывать на выгоду от интеграции ИИ за счет повышения производительности. А у остальных перспективы не такие радужные: ИИ сможет выполнять задачи вместо человека, что грозит снижением спроса на рабочую силу и заработных плат.
Вывод: все это может привести к увеличению неравенства как внутри обществ, так и между странами.
Первый риск актуален, потому что у работников с более высокими доходами и молодых людей могут непропорционально увеличиться зарплаты — именно у них вырастет производительность после внедрения ИИ. А вот работники с более низкими доходами и пожилые люди, вероятно, отстанут.
Второй риск состоит в том, что в более бедных странах просто нет инфраструктуры или квалифицированной рабочей силы, чтобы воспользоваться преимуществами ИИ — следовательно, они могут еще больше отстать от развитого мира.
Исследования МВФ коррелируют с результатами научного эксперимента, о котором мы сообщали ранее: ИИ улучшает работу высокоэффективных, но снижает производительность низкоэффективных предпринимателей.
Давос теряет миссию и влияние
Форум в Давосе можно считать индикатором настроений мировых (по крайней мере западных) политических и бизнес-элит. И в день его начала The Conversation вышло с красноречивым заголовком "Пока миллиардеры собираются в Давосе, стоит проанализировать, что произошло с их мечтами".
Издание напоминает, что в 90-х годах это мероприятие отстаивало идею стейкхолдерского капитализма, при котором корпорации должны были продвигать интересы всех, кто был заинтересован в их деятельности (работников, потребителей и общества в целом), а также заботиться об окружающей среде. На сайте форума до сих пор можно найти эту идею и его девиз woke capitalism ("проснувшийся капитализм"). Однако сегодня это, наверное, уже не соответствует видению элит, о чем свидетельствует новое исследование Oxfam International, опубликованное накануне встречи в Давосе. Издание приводит основные его тезисы:
- миллиардеры владеют на $3 трлн больше, чем три года назад, следовательно, их состояние выросло втрое быстрее уровня инфляции;
- пять миллиардов других людей не могут позволить себе то, что три года назад;
- прогресс в Африке приостановился после пандемии COVID;
- значительная часть населения богатых стран, чувствуя себя покинутыми, соблазнилась идеей правого популизма, который, по иронии судьбы, в значительной степени продвигается миллиардерами и их сторонниками.
Особенно поразительные изменения произошли за тридцать лет. В начале 1990-х совокупное состояние всех миллиардеров из списка Forbes оценивалось менее чем в $70 млрд, а наиболее известными из них были "относительно привлекательные фигуры, такие как Билл Гейтс и Уоррен Баффет". Но с тех пор цены в США удвоились, а состояние первой пятерки выросло в десять раз. К тому же эти люди стали менее заинтересованы, чтобы другие пользовались преимуществами системы, принесшей выгоду им самим. Джеффа Безоса (Amazon, состояние в $114 млрд, 3 место в списке самых богатых) Oxfam упрекает в установлении "сверхжестких условий труда" (brutal working conditions) и антипрофсоюзной политике. Илон Маск (состояние в $180 млрд, 2 место) вообще водит дружбу неонацистами. А по состоянию на сегодняшний день самый богатый человек мира Бернар Анро, чья семья владеет брендами роскошных товаров (Louis Vuitton и Sephora и другие), олицетворяет возрождение того, что экономист Томас Пикетти назвал патримониальным обществом: он взял на себя управление бизнесом своего отца и намерен передать его сыновьям.
"Все они выиграли от того, что иногда называют неолиберализмом: сочетание идей, включая приватизацию, финансовую дерегуляцию и снижение налогов, которое должно было обеспечить стейкхолдерский капитализм. Вместо этого неолиберализм привел к еще большему расколу — вот, что должны учесть миллиардеры, собравшиеся в Давосе на этой неделе", — заключает издание.
The Conversation пишет, что стоит прислушаться к предложению Oxfam: прямое государственное вмешательство для уменьшения неравенства, возобновление роли правительства как регулятора и поставщика услуг, от которого отказались по совету таких встреч, как Давосский форум.
Добавим, что и в действительности "гвоздем программы" в Давосе стал новый аргентинский президент Хавьер Милей. Харизматический анархо-капиталист провозгласил, что провалов рынка (в том числе и во влиянии на окружающую среду) вообще не существует, а успешные предприниматели уже сами по себе являются героями и социальными благотворителями. При этом он прямо приравнял социал-демократов и кейнсианцев к коммунистам и нацистам. И… сорвал аплодисменты. Это был Давос-2024.
Локальные войны могут опрокинуть экономики Ближнего Востока
Пока в Давосе рассуждали об экономике и геополитической нестабильности — на Ближнем Востоке разыгрывалась реальная драма. Прошло более трех месяцев после нападения ХАМАС на Израиль, которое начало новый виток войны в Газе, а затем хуситы атаковали суда в Красном море, из-за чего Великобритания и США нанесли удары по их базам. Эти и другие конфликты расшатывают экономики многих стран региона — от Израиля до Египта и от Ливана до Иордании, пишет Economist.
К октябрю 2023 г. пятая часть экспорта среднестатистической ближневосточной страны направлялась в другой регион. Даже геополитические враги все больше торговали друг с другом. Но теперь маршруты, по которым перевозили более половины всех товаров, заблокированы, а стоимость доставки с Ближнего Востока выросла. С тех пор, как хуситы начали запускать ракеты по судам в Красном море, объемы судоходства здесь упали до 30% от нормального уровня (об этой проблеме мы уже писали).
Издание прогнозирует, что дальнейшие перебои с логистикой могут привести к финансовому краху Египта, который зарабатывает валюту как плату за пользование Суэцким каналом, соединяющим Средиземное море с Красным. Это ставит страну перед реальным риском нехватки долларов, что может подтолкнуть ее правительство к объявлению дефолта. Между тем Иордания страдает от падения вдвое туристической отрасли, которая обычно составляет 15% ее ВВП. Упущенные доходы тоже повышают риск дефолта.
Новые конфликты также ударили по самым перспективным отраслям промышленности Ближнего Востока. До 7 октября технологический сектор Израиля обеспечивал пятую часть ВВП страны. Сейчас он упал: инвесторы прекращают финансирование, клиенты отменяют заказы, а значительная часть работников призвана в армию.
Самыми опасными, по мнению издания, могут стать экономические последствия трудностей, которые испытывает население Ливана и Западного берега реки Иордан. Южный Ливан разрушается от взаимных ракетных ударов Израиля и Хизболлы. И денег на восстановление нет. В последние месяцы экономическое падение Ливана ускорилось, потому что иностранные туристы и банки, которые вместе обеспечивали 70% ВВП, покинули страну. А на Западном берегу реки Иордан остались без работы 200 тыс. рабочих, которые раньше ежедневно ездили на заводы в Израиль. К тому же 160 тыс. госслужащих не получают зарплату с начала войны, потому что правительство Западного берега теперь отказывается принимать налоговые поступления от Израиля (который их собирает) после того, как Тель-Авив удержал средства, обычно направлявшиеся в Газу. Государственные службы перестают работать, а пропущенные ипотечные платежи чиновников могут спровоцировать банковский кризис.
Итак, локальные войны на Ближнем Востоке могут опрокинуть и так нестабильные экономики региона. А если его охватит долговой кризис, то значительная часть молодого городского населения потеряет работу, а это грозит еще большей нестабильностью в стратегически важных странах региона. Последствия может ощутить весь мир.
Сети терпят убытки из-за касс самообслуживания
Без сомнения, диджитализация — один из самых устойчивых трендов в ритейле. Но даже здесь нужно соблюдать меру. Поспешная диджитализация может создать очевидные для потребителей проблемы, которые бизнес не замечает вовремя. Давайте по-честному: оправдывают ли себя кассы самообслуживания в тех магазинах, где стало мало обычных кассиров? Сколько раз вы видели длинные очереди на такие терминалы? Используете ли их сами, когда нужно "пробить" большую корзину продуктов?
Наконец даже ведущие сети супермаркетов на Западе заметили, что не все работает так, как задумывалось, пишет BBC. Идея заключалась в том, что покупателям будет удобнее и быстрее пользоваться терминалами, а ритейлеры тем временем сократят штат продавцов и станут экономить на зарплатах. Еще бы, клиенты сами будут выполнять работу по сканированию и упаковке товаров бесплатно! Но что-то пошло не так. Дело не только в очередях. Самостоятельно вообще неудобно "пробивать" большое количество товара, а с терминалами время от времени случаются сбои. Надо звать персонал, которого мало. К тому же не все клиенты честные. "Магазины… обнаружили, что людям нужна помощь [возле касс самообслуживания] или что они могут воровать. В конце концов, они поняли, что не экономят, а теряют деньги", — констатировал заведующий кафедрой социологии в Drew University.
Например, в США сеть Target теперь ограничивает количество товаров, которые покупатели могут приобрести на кассе самообслуживания за один раз. Walmart уменьшила количество таких терминалов в некоторых магазинах, чтобы предотвратить кражи. В Великобритании сеть супермаркетов Booths сделала то же, но в ответ на недовольство клиентов, считающих кассы самообслуживания медленными и ненадежными.
Это совсем не значит, что от технологии откажутся. В конце концов, согласно опросу американских покупателей в 2021 г., 60% заявили о предпочтении терминалов самообслуживания обычным кассам, хотя 67% сталкивались со сбоями в технологии. Скорее речь идет о поиске равновесия, когда и касс самообслуживания, и персонала будет достаточно, чтобы учесть интересы всех клиентов.