Валютные игры НБУ. Почему падает гривня и что с этим делать
Политика Национального банка Украины способствует ослаблению гривни, а украинцы скупают иностранную валюту. Настало время зафиксировать обменный курс
![Богдан Данилишин](https://www.dsnews.ua/static/storage/thumbs/414x290/3/cc/527316b9-68c72321c40def8e74193999a2450cc3.jpg?v=4584_1)
Чтобы убедиться, что не все в порядке, достаточно сходить в ближайшее отделение любого банка. Заявления НБУ также не внушают ощущения надежности, потому что спрос на иностранную валюту не уменьшается, несмотря на то, что она дорожает.
В целом с начала этого года (по состоянию на 19 июля 2024 г.) гривня к доллару США уже девальвировала на 9,1% (за 2023 г. — на 3,9%, а за 2022 г. — на 34,1%).
Сейчас НБУ фактически полностью определяет обменный курс гривни, который зависит только от величины интервенций. С начала этого года и по 22 июля отрицательное сальдо интервенций существенно превысило прошлогодние объемы за аналогичный период и составило $16,3 млрд (в прошлом году было минус 13,7 млрд по состоянию на 24 июля 2023 г.).
НБУ продолжает удерживать учетную ставку на высоком уровне (в июне -13% годовых при инфляции в 4,8%) с надеждой, что привлекательность гривневых активов остановит валютный спрос. Однако этого не происходит, потому что в экономике нет фундаментальных предпосылок со стороны конкурентоспособности реального сектора.
Более того, установление ключевой реальной ставки на уровне, несколько раз превышающем темпы реального ВВП, не стимулирует направление средств на возобновление производства и повышает валютные риски со стороны импорта.
Девальвация обменного курса гривни в мае-июне стала новым проинфляционным фактором. Это структурный фактор, влияющий на стоимость затрат и препятствующий восстановлению производства.
Сейчас можно четко констатировать, что валютные ожидания в стране дестабилизированы непродуманной политикой валютной либерализации. Введение режима гибкого валютного курсообразования и широкомасштабная отмена Нацбанком валютных ограничений в условиях структурного дефицита иностранной валюты более чем на $30 млрд в год дестабилизирует валютный рынок.
В конце лета 2023 г. Нацбанк обнародовал Стратегию валютной либерализации ("Стратегия смягчения валютных ограничений, перехода к большей гибкости обменного курса и возвращения к инфляционному таргетированию"). С октября он ввел режим гибкого обменного курса, а с мая 2024 г. — отменил ряд валютных ограничений.
Уже в 2023 г. валютный рынок начало штормить, а в текущем году валютные интервенции в поддержку обменного курса гривни пришлось существенно увеличить. За май-июль 2024 г. чистая продажа НБУ иностранной валюты на межбанке составила около $8 млрд, а всего с начала года — уже более $16 млрд.
Валютные резервы страны за два последних месяца снизились на $4,5 млрд до 37,9 млрд по состоянию на 1 июля. Их динамика противоречит прогнозам НБУ и МВФ. В частности, Нацбанк еще в апреле прогнозировал, что по итогам I полугодия уровень валютных резервов вырастет до $41,6 млрд и в дальнейшем будет увеличиваться!
Сложилась парадоксальная ситуация: НБУ уже опережает правительство в расходовании валютных резервов. За январь-июль Кабмин потратил около $15 млрд внешней помощи на финансирование расходов и погашение долга, а НБУ за этот период сделал чистых интервенций на $16,3 млрд. Если так продолжится, то правительство скоро будет вынуждено ускоренно конвертировать валютную помощь только для того, чтобы у НБУ продолжал свои игры в валютную либерализацию.
Среди ключевых факторов валютного спроса — покупка иностранной валюты населением (около 40% общего валютного спроса). Население продолжает выкупать по $1 млрд иностранной валюты ежемесячно, тогда как летом прошлого года, наоборот, больше продавало ее, чем покупало. Валютную панику пока удается унять интенсивными валютными интервенциями НБУ — по $150-200 млн в день, или по $3 млрд в месяц. На графике четко видно, что валютные ожидания населения стабилизировались в середине 2023 г.
Есть признаки того, что нестабильность на валютном рынке усиливается. За последнюю неделю НБУ продал почти $1 млрд, а в понедельник, 22 июля, — еще около $250 млн. Обменный курс стремительно девальвирует, но это не останавливает спрос. В иностранную валюту конвертируются уже не только новые средства, но и имеющиеся гривневые сбережения. За первые 10 дней июля депозиты юридических лиц сократились на 6 млрд грн. Много иностранной валюты также идет на закупки энергетического оборудования. Мы на пороге валютного кризиса.
Нацбанк пытается снять с себя ответственность за провалы валютной политики. 18 июля 2024 г. агентство "Интерфакс-Украина" опубликовало ответ НБУ на свой запрос, в котором утверждается, что рост расходов правительства является основной причиной наращивания валютного спроса. "Текущее ослабление курса гривни на валютном рынке регулятор связывает с расширением чистого спроса в течение последних двух месяцев под влиянием увеличения бюджетных расходов, значительная часть которых материализуется в спрос на валюту, майской валютной либерализации, а также временного уменьшения предложения валюты аграрным сектором", — говорится в публикации.
Однако утверждения НБУ противоречат фактам. По данным Госказначейства, в мае-июне расходы ДБУ составили 780 млрд грн, что всего на 5% (на 38 млрд грн) превышает уровень расходов мая-июня прошлого года. В эквиваленте долларов США бюджетные расходы даже упали на 0,8 млрд, потому что обменный курс в прошлом году был на 10% крепче.
А валютные интервенции НБУ выросли колоссально. В мае-июне прирост валютных интервенций против прошлого года составил +65% (+$2,4 млрд) и превысил соответствующий прирост гривневой ликвидности от операций правительства в шесть раз! Поэтому увеличение бюджетных расходов априори не могло быть причиной наращивания спроса на иностранную валюту.
В общем ситуация на валютном рынке свидетельствует об абсолютной бессильности ключевой процентной ставки и всей политики привлечения гривневых активов справиться с валютными вызовами.
Макростабильность Украины фантомна, потому что для ее поддержки приходится тратить по $3 млрд в месяц. НБУ сосредоточился на пиарактивности в целях насаждения мифов в обществе о достижении макростабильности, обеспеченной высокой процентной ставкой. На самом деле, вся макростабильность держалась на траншах внешней помощи, которую нужно было умело использовать. Теперь мы можем оказаться у разбитого корыта — без резервов и без прироста ВВП.
Попутно стоит упомянуть аргентинский опыт. В 2022-2023 гг. власти Аргентины браво рапортовали МВФ об успехах в обеспечении макростабильности на протяжении шести пересмотров программы EFF. Аргентина с запасом выполняла взятые обязательства перед МВФ:
- Реализованы мероприятия по либерализации валютного рынка с режимом ползучей гибкой девальвации обменного курса песо.
- Реальная ключевая процентная ставка центрального банка удерживалась на положительном уровне: +17—18% в течение 2022-2023 гг. (ex-ante).
- Монетарное финансирование дефицита бюджета в 2022 г. было уменьшено до 0,8% ВВП, что ниже определенного норматива в программе МВФ в 1% ВВП.
Однако макростабильность Аргентины очень быстро кончилась после шокового влияния засухи на состояние сельского хозяйства. Инфляция и девальвация составили сотни процентов в год. Пришлось возвращаться к фиксации обменного курса песо и введению жестких валютных ограничений.
Что нужно сделать в Украине:
- Зафиксировать обменный курс на уровне 42-45 грн за $1.
- Пересмотреть отмененные валютные ограничения и восстановить тех из них, которые могут использоваться для непроизводительного вывода капитала из страны.
- Отсрочить реализацию "Стратегии смягчения валютных ограничений…" до окончания военного положения.
Бесконтрольная или ползучая девальвация помешает экономической активности, вызовет дополнительный всплеск банкротств и безработицы, сузит налоговую базу. Это подорвет фундаментальные основы устойчивости государственных финансов, несмотря на временный краткосрочный эффект конвертации валютной помощи и рост доходов от импорта.